На музыкальной карте Дальнего Востока есть группа, которую невозможно игнорировать. Alsbeta — это не просто название, это атмосфера, где мрачная готическая эстетика встречается с драйвом альтернативного метала. За их коротким, но ярким путем стоят Елизавета и Роман Митрофановы, Андрей Анисковец, Роман Швецов и Болеслав Жаховский. С момента своего дебюта в 2025 году они успели покорить локальные площадки, стать резидентами темных фестивалей и выпустить серию треков, которые врезаются в память. В этом интервью мы поговорим с музыкантами о том, как рождается их «мрачная романтика», почему они решили написать колыбельную и как строить музыкальное комьюнити в тысячи километрах от столицы.
Ваше звучание часто называют «мрачной романтикой». Как бы вы сами описали философию этого термина применительно к музыке Alsbeta? Где проходит грань между «мраком» и «красотой» в ваших песнях?
«Мрачная романтика» для нас — это не просто эстетика, а способ передать глубину человеческих эмоций. Мрак — это отражение внутренних конфликтов, страхов, одиночества. Красота — в способности принять эти чувства, найти в них силу и даже утешение. Грань между ними — в интонации: один и тот же аккорд может звучать угрожающе или завораживающе, а текст может быть исповедью или гимном. В наших песнях мы стремимся показать, что тьма не отрицает света, а порой делает его ярче.
Вы — группа из Хабаровска. Насколько сильно дальневосточный климат и общая атмосфера региона влияют на то, как звучит ваша музыка?
Дальний Восток с его резкими перепадами температур, туманными берегами Амура и суровой природой — это наш звуковой фон. Долгие зимы и короткие светлые периоды создают контраст, который мы переносим в музыку: от тягучих, «морозных» гитарных партий до вспышек энергичных риффов. Атмосфера с индустриальными окраинами и видами на сопки тоже влияет — в ней есть что-то эпическое и немного отчуждённое, что мы стараемся уловить.
В Alsbeta чётко прослеживается контраст между тяжёлыми гитарными риффами и нежным вокалом Елизаветы. Как происходит процесс написания аранжировок: вы сразу идёте от этого контраста или он рождается случайно в процессе джема?
Изначально это было интуитивным решением — мы хотели, чтобы жёсткость инструментов не «давила», а обрамляла голос. Сейчас работаем так: либо мы приносим риф, и Лиза подбирает к нему мелодическую линию, либо наоборот — она напевает мотив, а мы ищем для него агрессивный каркас. Контраст рождается на стыке: например, в «Колечке» вокал почти шепчет, а барабаны бьют как метроном судьбы — это создаёт напряжение.
Ваш трек «Спи и не бойся» был анонсирован как «нежная, уютная и эпичная колыбельная». Что послужило импульсом для создания такой композиции, которая сильно отличается от более агрессивных вещей вроде «Пламя в крови»?
Идея «Спи и не бойся» родилась в непростой период. Некоторые из нас переживали личные кризисы. Хотелось создать что-то, что могло бы стать своеобразным «антидотом» к хаосу — не отрицая тьму, а предлагая убежище от неё.
Конкретный импульс появился после одного из наших выступлений: после энергичного сета с тяжёлыми треками мы поймали себя на мысли, что публике (да и нам самим) не хватает момента тишины, катарсиса — чего-то, что позволит выдохнуть и ощутить хрупкую надежду.
Лирика тоже строилась на контрасте: вместо образов борьбы и бунта — мотивы защиты, сна как исцеления, обещания, что «всё пройдёт». Мы хотели, чтобы слушатель почувствовал: даже в самой тёмной ночи есть место для покоя, а страх можно переложить на чьи-то невидимые плечи.
По сути, «Спи и не бойся» — это наша коллективная молитва о тишине, ставшая песней. Она не противоречит остальной дискографии, а дополняет её, показывая другую грань как раз-таки «мрачной романтики».
Расскажите о процессе записи ваших треков. Есть ли у вас какая‑то «студийная магия» или ритуалы, помогающие добиться нужного настроения, особенно в треках с готической эстетикой?
Процесс записи для нас — это не просто техническая задача, а своего рода ритуал погружения в атмосферу трека. Мы стараемся выстроить работу так, чтобы настроение композиции рождалось ещё на этапе первых дублей.
Подготовка студии:
Освещение. Для наших треков выключаем яркий верхний свет, оставляем только приглушённое освещение — чаще всего синие или фиолетовые светодиодные ленты. Это сразу задаёт нужный эмоциональный тон.
Звуковой фон. Перед записью включаем черновой микс трека или похожие по настроению композиции — чтобы войти в образ.
Технические приёмы:
Вокал. Используем для записи только конденсаторные микрофоны — они добавляют тёплого «аналогового» окраса и лёгкой мягкости. Для эффекта «далёкого голоса» (как в припеве «Спи и не бойся») применяем реверберацию с длинным хвостом и небольшой дилей.
Гитары. Чтобы добиться «грязного», но структурированного звучания, комбинируем современные VST усилители с винтажными виртуальными кабинетами. Иногда записываем один и тот же рифф на двух разных гитарах — одна даёт плотный низ, другая добавляет звенящих верхних частот.
Барабаны пишем через VST-инструменты, комбинируя Superior Drummer, Addictive Drums и другие сэмпловые инструменты. Что позволяет добиться плотного характерного звучания.
Особые ритуалы:
Перед записью прослушиваем трек от начала до конца, представляя визуальную историю песни. Это помогает синхронизировать эмоции.
На сложных моментах делаем «ритуал трёх дублей»: первый — играем максимально технично, второй — отдаёмся эмоциям без оглядки на точность, третий — ищем баланс. Чаще всего лучший результат — в третьем дубле.
В итоге «студийная магия» для нас — это сочетание продуманных технических решений и доверия интуиции. Мы не боимся ошибок, если они добавляют треку характера: иногда именно случайный скрип стула или сбившийся ритм делают песню живой и настоящей.
Вы активно выступаете на таких площадках, как Asmodey House и фестивалях уровня Aesthetic Dark Fest. В чём, на ваш взгляд, заключается главный секрет взаимодействия с аудиторией, которая ценит именно тёмную эстетику?
Главное — не играть роль, а быть искренними. Наша публика чувствует фальшь. Мы не пытаемся «пугать» или эпатировать — мы делимся переживаниями, которые им знакомы: одиночеством, поиском смысла, красотой. На сцене это выражается через контакт глаз, паузы перед кульминацией трека, когда зал замирает вместе с нами. И, конечно, важна визуальная составляющая: свет, дым, наши образы — всё должно усиливать музыку, а не отвлекать от неё.
Коллаборация «Игра» с Rock Stone стала интересным опытом. Планируете ли вы в будущем расширять горизонты и пробовать совместные работы с артистами из других, возможно, совсем далёких от готики жанров?
Далеких от готики пока не намечается, но именно в таком стиле мы планируем фит с одним экстрим-вокалистом Хабаровска – Кириллом Симоненко. Мрачные мотивы в совокупности красивого женского и экстремального мужского вокала добавят нашей музыке еще больше глубины готического омута. Но главное условие – коллаборация должна быть органичной, а не ради хайпа.
Как в Alsbeta устроена внутренняя «демократия»? Насколько сложно принимать решения коллективом из пяти человек, каждый из которых обладает своим творческим видением?
Решения принимаем голосованием, но с правилом «двух третей»: если 3–4 человека за идею, она идёт в работу. Конфликты бывают, конечно, особенно на этапе аранжировок, но мы выработали ритуал: каждый аргументирует позицию, а потом делаем демо‑версии двух или трех вариантов и слушаем на следующий день свежим ухом. Так эмоции не мешают объективности.
Вы начали выпускать собственный мерч: от медиаторов‑подвесок до футболок. Насколько для вас важно визуальное воплощение группы, и какие смыслы вы закладываете в атрибутику Alsbeta?
Визуал — это продолжение музыки. Наши футболки не просто товары, а артефакты, которые связывают слушателей с нашей вселенной. Мы продумываем каждую деталь: шрифты отсылают к старинным книгам, цвета — к сумеречным оттенкам Дальнего Востока. Мерч должен вызывать ощущение причастности к чему‑то тайному.
2025‑й год стал для вас стартовым в плане концертной деятельности. Если оглянуться назад, какая ошибка или преодоление на раннем этапе больше всего закалили группу?
Первый концерт: из-за проблем с оборудованием звук был, мягко говоря, не очень хорошим, весь концерт играли в левую сторону зала, правая попросту отказала. Мы доиграли до конца, а после разобрали ошибки: закупили резервные кабели и какое-то сценическое оборудование. Эта ошибка научила нас двум вещам: техническая подготовка так же важна, как талант, а зрители простят огрехи, если увидят, что ты отдаёшь всего себя.
Как вы считаете, в чём главная сложность для молодой альтернативной группы в России сегодня – в поиске своего звука, в продвижении или в удержании внимания аудитории?
Всё взаимосвязано, но самая большая проблема — продвижение без бюджета. Платформы завалены контентом, алгоритмы работают против независимых артистов. Мы тратим больше времени и финансов на соцсети и рассылки, чем на творчество. Удержать аудиторию сложно из‑за скорости потребления: люди слушают трек 30 секунд и переключаются. Наш рецепт: делать упор на живые выступления, но и не забывать, что есть и слушатели, которые слушают нас только в интернете.
В конце мая 2026 года вам предстоит выступление на MidRock Fest. К каким трансформациям в плане сценического шоу готовится коллектив для больших площадок?
Как мы уже сказали ранее, мы готовим новую эпичную песню совместно с Кириллом Симоненко, которая называется «Попробуй забыться». Хотим сделать так, чтобы зрители погрузились в красивую, но мрачную историю «Красавицы и чудовища».
Тексты песен Alsbeta часто наполнены глубокими образами. Елизавета и Роман, вы пишете их вместе или это глубоко личный процесс для кого‑то одного? Есть ли у вас табу на определённые темы в лирике?
Обычно Роман пишет все песни сам, но иногда Лиза дорабатывает структуру и метафоры, но завершаем финальные штрихи мы всей группой. Наша тьма — метафорическая, она о борьбе с внутренними демонами, а не о прославлении зла и чего-то тёмного.
Если бы у вас была возможность выступить на одной сцене с любым мировым исполнителем (живым или уже ушедшим), кто бы это был и почему именно он повлиял бы на Alsbeta?
Про выступление с мировыми артистами пока не думали, но хотелось бы сделать совместный трек с местными группами, такими как The Starkillers, – объединить нашу готику с их беспощадным турброком.
Группа «Двадцать» умеет влюбить не только в свои песни, но и своими треками влюбить людей друг в друга.
Совместное выступление стало бы для нас лучшим моментом на сегодняшний день.
Каким вы видите идеальное будущее группы Alsbeta через пять лет? Что должно произойти, чтобы вы сказали сами себе: «Да, мы достигли того, чего хотели»?
Идеальный сценарий: собственный альбом, записанный на крупной студии с продюсером высокого уровня, ну и, конечно же, тур по России.
Спасибо за уделённое нам время! Желаем дальнейших успехов во всех ваших начинаниях!
Группа Alsbeta в социальной сети Вконтакте – vk.com/alsbeta
Статья о группе на ресурсе MUZSMI (от 26.04.2026) – muzsmi.ru/2026/04/26/группа-alsbeta-из-хабаровска-мрачная-романт/
Профиль группы на Яндекс Музыка – music.yandex.ru/artist/23116172
