Stanislav Lushnikov — творец, чьи композиции балансируют на тонкой грани между кинематографическим эпиком, медитативным эмбиентом и чистой фортепианной лирикой. От саундтреков для короткого метра до треков, помогающих сосредоточиться на работе, его музыка стала саундтреком для тысяч моментов тишины и вдохновения.
Мы поговорим о его переходе от псевдонима Lakkinzi Music к собственному имени, о том, как биография Циолковского вдохновила трек, рожденный спустя годы, и о том, как он строит мосты между звуковыми мирами. Приготовьтесь погрузиться в мир, где одна нота может стать началом целой вселенной.
*Информация для вопросов взята с официальной группы ВКонтакте
Вы отказались от псевдонима Lakkinzi Music, объяснив это практическими соображениями, и вернулись к своему настоящему имени. Как этот переход отразился на вашем творческом процессе и восприятии вашей музыки аудиторией? Что для вас лично означает стоять за своим именем в музыкальной индустрии?
Lakkinzi — очень личный псевдоним, который отделял меня от слушателя. С приходом к собственному имени я стал более открыт. Стал замечать, что с принятием обычного имени создание музыки тоже стало более непосредственным — я избавился от очередной условности в своей жизни.
Ваше творчество охватывает широкий спектр: от оркестровых аранжировок и IDM до минималистичного фортепиано и эмбиента. Каким образом вы находите баланс между этими, казалось бы, разными полюсами, и существует ли в вашем понимании единая “звуковая подпись” Stanislav Lushnikov?
Я не чувствую в музыке «полюсов» — это просто языки, на которых мы разговариваем и пытаемся что-то выразить. Если образ адекватно выражается через ambient — хорошо, если хочется добавить фортепиано — почему нет? Это только материал.
Вы упомянули, что мысль о треке, ставшем частью саундтрека к короткому метру, зародилась в 2017 году после прочтения биографии Циолковского у Музея космонавтики. Насколько глубоко исторические или научные фигуры влияют на вашу композиторскую работу, и как абстрактные идеи трансформируются в конкретные музыкальные структуры?
Если говорить о треке Cosmical Reveire — сам фильм был о космосе, об устремлённости вверх. Я только позже понял, что этот образ для меня соотносился с архитектурой музея космонавтики, он же отразился и в мелодике.
Что касается конкретных фигур — я не могу отследить процесс прямого влияния, но меня точно вдохновляют пассионарные люди. Кстати, всегда отделяю пассионарность от того, что сейчас называют «достигаторством».
Вы отмечаете, что каждый трек начинается с идеи — “иногда это всего одна нота или аккорд”. Можете ли вы подробно описать ваш “первый контакт” с новой композицией? Это всегда фортепиано, или бывают случаи, когда трек рождается сразу в синтезаторном или оркестровом тембре?
Я бы уточнил — для меня написание музыки, особенно начало процесса — чёрный ящик, я даже не пытаюсь расшифровать его. Для полноценного изучения творческого начала есть психология, в том числе музыкальная, а я не психолог.
В вашем арсенале присутствуют и акустические инструменты (фортепиано, оркестр), и современные технологии (синтезаторы, IDM-элементы). Насколько важна технология в вашей студии, и есть ли у вас “священное” оборудование или софт, без которого вы не представляете рабочий процесс?
Священного оборудования нет, я всего лишь стараюсь использовать средства в их полноте и не гнаться за обилием инструментов. В последнее время стараюсь сделать это творческим (а может, и жизненным) методом. Главное — уши и голова.
Расскажите подробнее о “борьбе с дистрибьютором” при перевыпуске старых релизов под новым именем. С какими нетехническими или бюрократическими сложностями сталкиваются композиторы, стремящиеся контролировать свое наследие?
Всё очень прозаично — дистрибьютор сначала отказывался выкладывать релизы под другим именем и обложкой, ссылаясь на то, что вносить изменения в существующие релизы нельзя. Пришлось доказывать, что старые релизы будут удалены и новые будут существовать только под именем Stanislav Lushinkov.
Прочие сложности мне пока что неведомы. Главная сложность в выпуске музыки, на мой взгляд, — это честно ответить себе, для чего ты её пишешь и выпускаешь. Ясная цель поможет в решении технических вопросов.
Star highway. Вы описали этот трек как историю об одиночестве и вдохновении, рожденную в тишине ночного города. Как вы достигаете такого глубокого эмоционального резонанса, используя только инструментальные средства, и как вы “записываете” тишину?
Я бы сказал, что это описание не совсем достаточное. Star Highway я написал вскоре после начала боевых действий между Россией и Украиной. Особенно на эту музыку повлияла резко взвинченная ядерная риторика. Мы все вместе переживаем сложившуюся ситуацию, но в то же время каждый из нас переживает её в одиночестве.
Никогда специально не достигаю ни резонанса, ни каких-то других состояний. Живу, воспринимаю — из этого рождаются образы.
Насколько сильно работа над музыкой для кино или трейлеров отличается от написания автономных ambient-композиций? Есть ли у вас предпочтение в работе — быть частью визуального повествования или создавать самодостаточные звуковые миры?
Предпочтений нет, я только думаю, что если любая музыка не самодостаточна — это плохо.
Вы упомянули, что “горделивости поубавилось” с момента, когда Lakkinzi казалось, что может “помочь людям найти свою дорогу”. Как изменилось ваше личное понимание роли музыки и композитора за время вашей карьеры?
Сейчас я просто выпускаю музыку, не думая о сверхзадачах. Музыка со временем отчуждается, перестаёт быть частью меня, живёт своей жизнью — пусть живёт.
Если у вас есть базовая фортепианная идея, какой этап аранжировки (добавление струнных, синтезаторных подложек, перкуссии) является для вас самым сложным и самым вознаграждающим?
Сложности всегда разные. Иногда я упираюсь в поиск звука, иногда — в форму композиции, иногда — во что-то другое. Иногда я решаю это быстро, иногда — медленно. В некоторых случаях я не могу решить проблему, и композиция может уйти в стол на очень долгое время. Но если проблема решается — я это понимаю сразу — композиция будет закончена.
Вы пишете музыку, которая часто призвана создавать атмосферу для других видов деятельности. Насколько важна для вас полная тишина или, наоборот, фоновый шум во время вашей собственной творческой работы?
Моя музыка, вероятно, может создавать атмосферу, но не могу сказать, что она призвана к этому.
Музыку я пишу в полной тишине и чаще всего в наушниках — не выношу никаких посторонних шумов.
А программирую я под ambient, хоровую музыку, black metal и хип-хоп — всё это жанры медитативные, лично мне помогает сосредоточиться.
Планируете ли вы в ближайшее время экспериментировать с вокалом, или же вы остаетесь верны философии “музыки без слов”, которая так хорошо резонирует с вашей аудиторией? Какие жанровые или технические вызовы стоят перед вами на ближайший год?
Не только планирую – прямо сейчас в работе аранжировка песни и несколько своих черновиков с вокалом.
Спасибо за уделённое нам время! Желаем дальнейших успехов во всех ваших начинаниях!
