Сегодня у нас в гостях человек, чья судьба – яркое подтверждение того, что истинное призвание всегда найдет свой путь, даже если для этого придется свернуть с проторенной дороги. Дина Фурсова – многогранный талант: успешный сценарист, увлекательный писатель, тонкий поэт и автор пронзительных текстов песен. От мечты о карьере адвоката, вдохновленной Перри Мейсоном, до финалиста крупнейших кинопитчингов и соавтора музыкальных хитов – ее история полна неожиданных поворотов и вдохновляющих достижений. Мы поговорим о том, как отказаться от скучных законов ради захватывающего мира кино и музыки, о ценности творческих связей, о секретах сценарного мастерства и о том, как тяжелый рок стал источником лирического вдохновения. Приготовьтесь к глубокому и искреннему разговору с Диной Фурсовой.
*Информация для вопросов взята с Творческой биографии
Дина, Вы закончили Саратовскую Академию Права и мечтали об адвокатской карьере. Что стало той последней каплей или ключевым моментом, когда вы окончательно осознали, что мир юриспруденции не для вас, и решили полностью посвятить себя творчеству? Насколько сложно было принять это решение и как отреагировали близкие?
После академии я несколько лет проработала помощником судьи. Должность только появилась, и никто толком не знал, какие обязанности должен исполнять помощник. На мне была вся бумажная работа моего судьи: определения, постановления, решения, приговоры. Плюс прием граждан и присутствие на процессах. Последней каплей стал приговор за убийство, совершенное бывшим милиционером, который защищал своих детей от алкоголика, явившегося к нему в гости. Я отказалась писать проект приговора. Да, убийство доказано. Да, приговор обвинительный. Да, дети в порядке. А их отца закрыли на очень приличный срок за то, что он их спас. Вот тогда пришлось взвесить все за и против в работе юриста. Наверное, нельзя пропускать через себя чужую боль. А я так не умею. Решение уйти из судебной системы было принято довольно быстро – работа должна приносить удовольствие, если его нет, то к черту такую работу. Родители были в шоке, они-то видели меня уже судьей. Но я даже не представляю себя сейчас в роли судьи, адвоката или прокурора. Вершить чужие судьбы – слишком большая ответственность, я лучше буду песни писать.
Вы начали свой творческий путь с остросюжетных детективов, публикуясь в журнале «Южная звезда». Что именно привлекло вас в этом жанре? Какие авторы или произведения оказали наибольшее влияние на ваше раннее литературное творчество?
Сколько себя помню, я всегда с книжкой. У моего отца большая коллекция книг авторов-детективов начала 20 века: Чейз, Спиллейн, Браун, Гарднер, МакБейн… Всех не перечислить. Будучи еще школьницей, я зачитывалась детективами и восхищалась ими, даже выпускное сочинение в школе писала не по классике, которую, впрочем, так и не полюбила, а по одной из книг Эрла Стенли Гарднера о выдающемся адвокате Перри Мейсоне. Да-да, именно благодаря этим книгам я выбрала для поступления Академию права. А потом появилась мода на женский детектив. И я стала фанатом Татьяны Устиновой и Иоанны Хмелевской. Находясь в декрете, попробовала сама писать детективы, образование и неуемная фантазия тому очень благоприятствовали. Первую свою повесть «Статуэтка» отправила в литературный журнал «Южная звезда», и ее напечатали, это было неожиданно и приятно.
Ваша сценарная карьера началась со случайного знакомства с главным редактором сериала «Детективы». Можете ли вы подробнее рассказать об этой встрече? Что вас больше всего удивило или привлекло в работе над телесериалом по сравнению с написанием прозы?
Действительно, знакомство было случайным. Татьяна (главный редактор) привезла кошку на лечение в клинику, где работала моя мама. Уж не знаю, о чем они разговаривали, но только вечером я уже получила от нее письмо с предложением попробовать поработать сценаристом на сериале. Конечно, я согласилась, такой шанс выпадает раз в жизни. Но тогда я даже и предположить не могла, насколько отличается работа над сценарием фильма от работы над повестью. Если проза – это полет фантазии, красивые описания, длинные диалоги. Да, в некой системе, но без строгих ограничений. То сценарий – это, прежде всего, документ. В нем не должно быть воды и красоты. В нем должно быть все логично и четко структурировано. Сценарий пишется в американском формате: с определенными отступами, исключительно шрифтом Corien New 12-го размера. Это нужно для того, чтобы понимать примерный хронометраж фильма. Одна страница «американки» равна одной минуте эфирного времени. Но об этом-то мне никто не рассказал, когда я пришла работать на сериал. Поэтому из моего первого сценария в работу взяли только сам детективный сюжет и отправили читать книги по сценарному мастерству.
Вы упомянули, что осваивали сценарное мастерство и написали огромное количество сценариев “в стол”. Какой опыт или источник знаний (книги, курсы, менторы) оказался для вас наиболее ценным в этом процессе? Какие самые важные уроки вы извлекли из этих неопубликованных работ?
У всех без исключения сценаристов есть не просто стол, а шкаф, который до краев забит неснятыми сценариями. Каждый новый сценарий или очередной драфт старого — это шаг к более высокому уровню мастерства. Не стоит переживать из-за того, что сценарий, который тебе кажется идеальным, вдруг не побеждает в конкурсе или его не берут в работу. Это нормально. Несмотря на то, что в сценарном деле я уже более 15 лет и пишу довольно приличные проекты, я до сих пор учусь и много читаю. Конечно, в начале пути были прочитаны все учебники, начиная с Сида Филда и Роберта Макки и заканчивая монографиями, например, Стэна Ли. Последний, кстати, особенно впечатлил.
Из наиболее ценных курсов отмечу VK ПРОСТОР, в котором мой проект вышел в финал питчинга. Несколько месяцев закрытых лекций от ведущих продюсеров, режиссеров и сценаристов, работа над пакетом документов и пилотом сериала под кураторством креативного продюсера платформы ИВИ, сильнейшие проекты на питчинге — всё это воспринималось как нереальное приключение. Чего-то совершенно нового я для себя не вынесла, всё-таки я уже не новичок, но освежила подзабытую теорию и очень приятно провела время. К тому же конечный продукт — сам сценарий сериала — получился интересным и крепким и нашел своего продюсера.
Вы более 20 раз становились финалистом крупнейших российских и международных питчингов. Помимо гордости, какие конкретные, практические преимущества это принесло вашим проектам и вашей карьере? Были ли какие-то особенно ценные отзывы от продюсеров или режиссеров, которые изменили ваш подход к работе?
Каждый питчинг прокачивает мастерство подачи своего материала. Ярко и качественно презентовать проект ведущим киношникам страны невероятно сложно. Кто-то хвалит, кто-то критикует, но, конечно, все комментарии запоминаются и учитываются в следующих питчингах. Я стараюсь не делать типичные презентации, моя фишка – это фотофильм, который всегда выгодно отличается от презентаций других участников. Из практических преимуществ, помимо гордости, это, конечно, дальнейшее продвижение проекта. Да, такое тоже было.
Вы подчеркнули, что питчинги принесли вам не только оценку проектов, но и новые знакомства, переросшие в многолетнюю дружбу и совместные проекты. Насколько, по вашему мнению, важен этот аспект неформального общения и поддержки в кинематографической индустрии, и как вы поддерживаете эти отношения?
Лично для меня знакомства на таких мероприятиях — это главное преимущество. Проект могут похвалить и тут же о нем забыть, а вот найти единомышленников и поддерживать с ними теплые отношения — это особенно ценно. Мы дружим уже много лет. Пробиться без связей в киноиндустрии практически невозможно, даже если ты сценарный гений.
Например, я бы никогда не попала на проект «Чудо» (ТВ-3), если бы не креативный продюсер сериала Юлия Максимова, с которой мы познакомились на питчинге кинофестиваля Bridge of Arts. С Олесей Смирновой-Марцинкевич, участницей того же питчинга, сейчас время от времени разрабатываем общие проекты и уже вместе участвуем в конкурсах. А режиссер Татьяна Жукова поверила в меня и привела на мой первый питчинг с нашим сценарием полнометражного фильма. С тех пор у нас с Татьяной вышло несколько короткометражек.
Ваша фильмография пополняется новыми работами. Можете ли вы рассказать о самом запоминающемся или сложном пути одного из ваших сценариев от идеи до его воплощения на экране? Что является для вас самым большим вознаграждением в процессе создания фильма?
Сложнее всего было работать над первой серией «Детективов», но это от незнания секретов сценарного мастерства на тот момент. Я уже говорила, что сценарий – это строгий документ, о структуре и оформлении которого я понятия не имела. Поэтому его несколько раз возвращали с правками. Но я упертая, во всем со временем разобралась. Самое большое вознаграждение – это эмоции зрителя. Слезы, смех, переживания, страх, если зритель всё это испытывает, значит, фильм получился. Значит, всё не зря.
Вы писали стихи с детства, но не записывали их. Что побудило вас начать фиксировать свои поэтические мысли, и в какой момент вы осознали их “мелодичность”? Был ли какой-то конкретный стих или событие, которое стало отправной точкой для этого?
Со стихами у меня необычные отношения. Они всегда сочиняются сами собой. Например, я готовлю обед или гуляю в лесу с собакой, в голове вертится какая-то мелодия, и вот уже я ее напеваю про себя текстом, который внезапно сложился в этот момент. Но как сложился, так и забылся. И вот тут становится обидно, песня бы получилась классной, если бы я ее упустила. Отсюда я и поняла, что мои стихи мелодичные, и их надо обязательно записывать.
Ваша любовь к тяжелой музыке (Ария, Judas Priest, Scorpions, Black Sabbath) со школьных времен – это очень интересная деталь. Как этот музыкальный бэкграунд влияет на ваше лирическое творчество, особенно при написании каверов и оригинальных песен? Есть ли определенные элементы металлической поэзии или ритмики, которые вы интуитивно используете?
Я росла на тяжелой музыке. Я давний и верный фанат «Арии», все песни горячо любимы, несмотря на смену вокалистов. «Ария» со мной каждый день, и, конечно, ее песни напрямую влияют на мое творчество. Мои стихи затрагивают те же самые темы и ту же философию. Ну а как иначе, не только музыка, но и тексты о борьбе света и тьмы, о поиске свободы или о жизни и смерти определяют стиль heavy metal. Лирику Маргариты Пушкиной нежно люблю, для меня она идеальна и очень близка по духу, хотелось бы вырасти до такого же уровня мастерства.
Создание русской версии культовой песни, такой как “Paranoid” Black Sabbath, требует особого подхода. Какова ваша философия при работе над каверами? Вы стремитесь к максимально точному переводу, или для вас важнее передать атмосферу и эмоциональный посыл оригинала, используя новые образы и смыслы?
Paranoid мы решили выпустить в честь прощального концерта Оззи. Как дань уважения к творчеству Принца Тьмы. Пока записывали кавер, его, к огромному сожалению, не стало. Это не хайп и не пляска на костях Оззи, это всего лишь кавер на нами любимую песню, написанный под впечатлением от последнего выступления артиста. Скажу больше, мы готовили два кавера, кроме Paranoid планировали записать Mama, I’m coming home, но после смерти Оззи решили повременить.
Когда я работаю над каверами, я всегда стараюсь придерживаться перевода. Не дословного, но близкого по смыслу. Иногда ко мне приходят артисты с запросом написать текст кавера и при этом вообще не зацикливаться на смысле оригинала. Для меня это странно, но в таком случае я получаю больше свободы для самовыражения в определенной песне, можно сказать, пишу свой авторский текст. Это тоже опыт.
Когда артисты обращаются к вам за текстами песен, как обычно строится ваша совместная работа? Вы начинаете с мелодии, с общей концепции, или это более свободный творческий процесс? Как вы добиваетесь того, чтобы текст идеально ложился на музыку и выражал задумку исполнителя?
Обычно артисты мне присылают «рыбу» будущей песни, спетые на «почти английском» языке. Я всегда уточняю тему текста, но чаще всего получаю полную свободу в ее выборе. Затем я раскладываю ритмику «рыбы» и работаю в соответствии с ней. Проверяю рифмы, количество слогов и ударения. Сейчас очень мало внимания уделяется ударениям в словах песен. Иногда слушаешь какую-то композицию, вроде музыка красивая, хороший текст, и вдруг вылезает одно единственное слово, исковерканное неправильным ударением, и всё – желание слушать дальше пропадает. Поэтому я очень внимательно за этим слежу. У меня такого быть не должно. Поэтому, когда работаю с «рыбой», тысячу раз напеваю написанный текст, чтобы найти и исправить вылезающие при исполнении косяки. И еще одно правило: текст должен быть для певца гладким и простым, не по смыслу, а по произношению. Только если мне самой нравится, как он звучит, я его отправляю заказчику.
Но не всегда я работаю с рыбой. У нас универсальная команда, наш аранжировщик может не только создавать «рыбы», но и работать от обратного, то есть писать музыку на определенный текст. Так умеют не многие.
Вы упомянули о тесном сотрудничестве с Денисом Гуженко, Dan Rock и Ильей Snake. Что делает вашу команду такой “супер” и эффективной? Как 24/7 общение и взаимная поддержка влияют на ваш творческий процесс и конечный результат?
Несколько лет назад мне попалось видео Дениса Гуженко, это был кавер на песню «Я свободен». Тогда еще подумала, неплохо бы поработать с этим артистом. Дальше размышлений дело не пошло, но я подписалась на его соцсети и следила за творчеством артиста. Спустя пару лет я написала шесть вариантов кавера «Holiday» Scorpions. И все-таки отправила Денису. Он поблагодарил и… файл с текстами, наверное, так и не открыл. А потом я познакомилась с барабанщиком «Гуженко-BAND» Ильей Snake и предложила обращаться за текстами. Я очень благодарна Илье за то, что поверил в мои силы, с тех пор мы работаем вместе.
Действительно, мы на связи круглосуточно. Мы постоянно что-то сочиняем, предлагаем друг другу музыку и тексты, пытаемся улучшить то, что есть, обсуждаем планы на будущие песни. Мы очень продуктивная команда. Наверное, потому, что только начали наш общий путь и хочется, чтобы он продолжался как можно дольше.
Расскажите, пожалуйста, о создании ваших оригинальных песен “Мой путь” и “Маяк”. Какие истории или личные переживания легли в их основу? Какие послания вы хотели донести до слушателей?
Весной мне позвонил Денис Гуженко и предложил поработать с «рыбой», которую написал Dan Rock. Мне очень понравилась музыка, сразу представился байкер, едущий по пустынной дороге. На этом варианте и остановились. Так получилась песня «Мой путь» — гимн байкерам, свободным, как ветер, мчащимся навстречу мечтам. «Маяк» также писался на «рыбу», аранжировка казалась слишком легкой для репертуара группы «Гуженко», но мы намеренно не стали утяжелять композицию, оставив ее легкой и прозрачной, похожей на саундтрек к какому-то фильму. Эта песня о любви, которую не вернуть, но ее свет, как далекий маяк надежды, придает силы тем, кто потерял близких.
С учетом предстоящего концерта и “больших планов на ближайшее будущее” в музыке, какие у вас есть амбиции и мечты относительно вашей группы? Есть ли жанры, которые вы хотели бы исследовать, или конкретные проекты, которые вы надеетесь реализовать с командой?
Я вижу исключительно рост группы. Мы взяли хороший темп и планируем и дальше его придерживаться. Ближайшие концерты 16 ноября в Краснодаре и 15 февраля в Москве покажут, насколько выросла группа. Амбиции и мечты, конечно, имеются. Какой артист не мечтает собирать стадионы на своих концертах? Верю, что у нас все впереди. Ну а сейчас хочется, чтобы наши песни были услышаны и приняты поклонниками.
Как ваши различные творческие ипостаси – писатель, сценарист, поэт, лирик – взаимодействуют и обогащают друг друга? Замечаете ли вы, что навыки, приобретенные в одной области, помогают вам в другой, и как вы находите баланс между всеми этими видами деятельности?
Мой инструмент – это слово. В любой своей ипостаси я работаю исключительно с ним. У меня достаточно обширный литературный словарный запас, и письменные тексты, будь то повести, сценарии или стихи, даются мне легче, чем, допустим, простая устная речь. Вместе с песнями я продолжаю писать сценарии не только для кино, но и для клипов. С каждой новой работой я приобретаю уникальный опыт, который помогает расти в мастерстве во всех творческих областях. Я всегда открыта к сотрудничеству и как сценарист, и как текстовик. Кстати, у меня есть несколько демо песен в стиле heavy metal, которые я бы с удовольствием предложила молодым (и не очень) группам. Обращайтесь, всем всегда очень рада.
Спасибо за уделённое нам время! Желаем дальнейших успехов во всех ваших начинаниях!
